Хочется взять и написать о сером небе…
Именно о сером, не о голубом, с белесыми кучерявыми барашками облаков, где так все прозрачно и солнечно, а о сером.
О его мутных разводах, о переливах, смотришь и улавливаешь движение, такое ощущение создается, что оно живое…
Так хочется написать о косых полосках дождя на стекле и о сером небе, взглянешь наверх, а оно такое тяжелое, низкое, объемное.
И о цветах, все становиться насыщенным и кажется совершенно неизвестным.
Вот тот дом, например: стоит угрюмый, темно серый как небо такое загадочное не знаешь, что от него ждать.
Хочется написать о сером небе…
О серых людях, которых оно делает одинаковыми, кто бы ты ни был.
О небе…
Выходишь, втягиваешь в себя воздух концентрат серого неба..
И окрашиваешься изнутри.

Я сижу у окна тупо смотрю на улицу на людей текущих по тротуарам как большая гусеница, у которой нет начала и конца толпа как стадо баранов со стадным инстинктом…
Я сижу у окна, смотрю на улицу не моргая, уже начинают болеть глаза, смотрю как машины похожие на железных тараканов расползающихся в разные стороны как при включенном свете, ища спасения в переулках в гаражах домов…
Я сижу у окна и смотрю на крапинки воды на стекле на струи воды, падающие из темного холодного неба как лезвия рассекающие воздух рвущие пространство на куски…
Сижу и смотрю, на темные мертвые окна как зияющие дыры как большие черные пятна на бетонных коробках домов смотрю на то, как они отливают своим холодным мертвым светом…
Я сижу на подоконнике, свесив ноги открыв настежь окна впустив этот огромный мир в мой маленький квартирный мирок, заполняющий все его ниши щели трещины…
Я сижу на подоконнике, холодные струи дождя разбиваются мне о грудь, разлетаясь на миллиарды крупинок…
Смотрю на холодное серое небо, оно молчит, льет слезы по нам и просто молчит…
Я закрываю болящие натруженные глаза и медленно наклоняюсь вперед…
Холодное молчаливое небо не прекращая, все льет и льет

Я сижу в пустой комнате
Уже давно не отвешивая штор.
В комнате стоит затхлый, пыльный воздух, который ощущается даже когда я моргаю.
Я сижу неподвижно, сижу в продавленном старом кресле, но оно привыкло ко мне, и принимает форму моего тела, мне в нем очень удобно я к нему очень привязан как к старому надежному другу
В комнате темно, но от многодневных посиделок в наглухо закрытой квартире я уже привык и различаю отдельные и немногочисленные атрибуты и вещи в квартире. Сижу и слушаю гулкие удары сердца, я медленно втягиваю густой, насыщенный углекислым газом воздух. Чувствую, что мое тело и так не отличавшееся внушительными размерами потеряло всю свою тренированность, а от постоянного сидения все мышцы затекли. В голове брезжит одна единственная мысль. Долгое время это было лишь предчувствием лишь ощущением создававшее постоянное неудобство, теперь я ее отчетливо вижу, она пульсирует в безмятежном мозгу создавая огромные волны неудобства и тревоги.
Мне надо, что то сделать со своей жизнью.
У меня в руке нож, его не видно в темноте, но он там есть. Небольшой кусочек металла холодит мне запястье.
Я медленно закрываю глаза, набираю полные легкие воздуха и после небольшой паузы показавшейся вечностью я справляюсь с мозгом и даю приказ встать. Но тело не поддается моим командам, как хмельной стою на непослушных ногах, пошатываясь из стороны в сторону. Голова начинает шуметь и глаза заволакивает пеленой во рту становиться неприятно. Только бы не потерять сознание, потихоньку понимаю, что начинает отходить и делаю шаг.
Делаю маленький шажочек к окну, плотно занавешенному шторами, я чуть не упал, голова закружилась, во рту стало противно до тошноты.
Но я удержался, пережидая приступ.
Я делаю еще один и отмечаю, что он мне дался намного легче, чем первый. В груди сердце разрывается ударами, они, смешиваясь с тупой пульсацией мысли, давят мне на многострадальную голову.
На пол пути ни чего, не видя, с безвольно болтающейся головой я чуть не упал, наткнувшись на лежащую, на полу книгу. Пространство вокруг меня всколыхнулось и начало накатывать на меня волнами перемешанной сырой пыли и чего-то еще гнетущего неумолимо нависающего надо мной я знаю, что это, но не хочу в это верить, пока оно не завладело мной.
Я попытался сорвать шторы, они ответили новым благоуханием насыщенного запаха, но не поддались.
Крепко сжав нож, я поднял руку, звенящую тишину разрезал звук
Звук рвущейся ткани
В глаза ударил ослепляющий нежно розовый свет рассвета и солнце хоть пелена перед глазами, и сгустилась, я его все равно увидел.
Мне казалось, что я его не видел ни когда таким
Солнце вставало из-за крыш уже давно проснувшегося города, шумного великолепного города.
Я дотянулся до ручек и рванул их на себя
В нос мне ударил воздух, смешенный с шумом и гамом различных запахов.
Мой мозг, привыкший к однообразию не смог это воспринять он дал команду, и мое тело обмякло, еле успев зацепиться за подоконник.
Навалившись на него всем телом, я глотал окружающий мир ртом, так как боялся, что носом не смогу что задохнусь, а так не хотелось, обретя снова мир с его красками с его неповторимыми запахами сразу же задохнуться в эйфории
Я еще долго лежал на подоконнике, а воздух наполнял меня, наполнял всю мою квартиру весь мой мир
Заполняя его новыми запахами, и какой то прозрачностью и конечно новыми настроением и новыми мыслями